-чертов кашель…

разрывая тишину, промямлила Ари, и, скорчившись в спазмах, сплюнула в пепельницу.

Снова раздался телефонный звонок, и она неспешно пошла к телефону.

-алло

-Ари…

-да

-ты дома?

-как видишь,- нейтрально произнесла я

-ну,…я хотел спросить,… что ты делаешь завтра?

-завтра? живу

-ну а если серьезно?

-Ты же знаешь Мэн, я иду в универ, сижу, там пару… и иду домой

-понятно, я тебя утром встречу?

-да, конечно

-ну, пока

-…

После не долгой паузы, Ари плюхнулась на стул и достала затушенную сигарету из полу пустой пачки "Marlboro", прошлась огнем по табаку, и на кухне появился глухой запах грязного борделя. На столе ещё стояли кружки с прошлых дней, с почерневшим осадком кофе на дне.

Порой моя квартира напоминает мне огромный притон для второсортных шлюх.

А может это и так?

Сколько сцен было в этой квартире? Сколько стонов сохранили эти громоздкие бетонные стены?

Я не вела счет всему происходящему здесь. От этого и становилось обидно. Нужно было уже включиться в эту жизнь и влиться в поток бесконечного бита. Все эти мысли развеяла резкая боль в пальце, и Ари отбросила окурок на потрепанный временем кафель.

-Fuck,- снова разбило тишину.

И она села на пол, рядом с ещё дымящимся бычком красного "Marlboro".

В трансе воспоминаний, я путала реальность с иллюзией. Что было со мной за эту жизнь описать трудно, кем я была?! кем?

На глазах проступали слёзы, сердце рвало грудь. Но, взяв себя в руки, Ари поднялась с пола и поплелась к кровати. Уткнувшись носом в белую простыню, я снова узнала тот запах близости, который приходил ко мне каждую вторую ночь. Мысли Ари потихоньку сворачивались во сны, и казалось поэтому, за окном перестали ездить трамваи. Свет убывающей луны ровно ложился на ее истощенные белоснежные ноги. А за стеной стонали соседи, убивая эту девственную тишину, и даже через сон мне казалось, что отношение с мужчиной это слишком банально. Все эти грубые замашки, часто могут свести с ума любую домохозяйку. А что они?

Они словно собаки готовые выполнить почти каждое сокровенное желание извращенного хозяина.

Именно этот монолог прокручивался у меня в голове бесчисленное количество ночей.

И я орала себе заткнись.

Но до боли знакомый голос брал надо мной контроль, наверно слишком сильный шрам оставил после себя парень, изнасиловавший Ари в одной из темных подворотен Лозанны. С тех пор во мне все разбилось, появилось отвращение к мужчинам, и я так же грязно трахала шлюх на этой самой кровати.

-Ещё одна бессонная ночь? - спросила Ари у пустоты.

И не дождавшись ответа, встала на ледяной пол.

А за окном уже проглядывалась линия размытого рассвета, и первые птицы подавали свои рваные голоса с высоких крыш.

Теперь в голове перетирался мотивчик, не давно услышанной мною песни "ohbaby,baby…"

Но режущий звук старого звонка, заставил Ари вздрогнуть.

5.52 самое подходящее время для гостей – с ухмылкой бросила я, и, открыв дверь, увидела фигуру, далеко не трезвой Эш.

Без слов, она вцепилась в мои губы и повалила меня на пол коридора, честно сказать было безумно больно. Пришлось дать ей пощечину, и Ари увидела блеск в этих наивных любимых глазах.

- сволочь что ты делаешь?

-Ари прости, я совершила ошибку, не могу без тебя.

Что бы не заплакать мне пришлось отвернуться, и тут же я почувствовала теплую руку на своем плече, плавно передвигающуюся к бедрам.

Я хотела сказать «уходи, проваливай из моей жизни!»

Но вместо этого, лишь поддалась соблазну, и упала в крепкие объятия этой твари.

-Зачем? Зачем ты здесь?

Эш промолчала, но крепко сжала мою талию. И в памяти Ари вдруг всплыл момент, когда она молила у неё прощения, стоя на коленях. У меня не хватало сил, сказать какая она сука, не хватало сил выгнать её, сейчас я могла только долго и нежно целовать её алые обветренные губы, держать её сильные руки, и поддаваться её страстным движениям.

Всё так быстро, одежды сорваны, мы оказались во власти шторма. Все её прикосновения сводили с ума и я, кажется, забыла какой прочерк, Эш поставила на мне ещё месяц назад.

Ари была слаба в плане этого, но простить могла лишь только её. Сейчас объедаясь любовью, я забыла обо всем на свете.

Скрип кровати насторожил глупую чёрную кошку, которая долго и внимательно наблюдала за любовной сценой.

-Эш прошу, остановись, - вдруг заорала я

И не секунды не медля это горячее, тяжело дышащее тело оторвалось от моей груди, и попятилось к стене.

-В чем дело Ари?

-Мне надо в универ, меня ждёт Мэн, и у меня много дел, вообще много дел.

Чуть позже она уже бегала, по квартире собирая учебники в потрепанную кожаную сумку и одновременно напяливая на себя мятую одежду.

07.34 всё я ушла.

-Остаешься тут?

-Видимо да,- с улыбкой произнесла Эш.

И тут же услышала не громкий хлопок выходной двери.

Ари быстро перебирала ступеньки пропахшего сыростью подъезда, и, выскочив, на улицу её тут же обвеяло, теплом горячего летнего солнца.

Мэн сидел на скамейке и листал пожелтевшие страницы учебника анатомии.

-Долго ждешь?

-Да нет, всего, каких 5 минут.

-Ну, тогда ладно, вперед, грызть гранит науки, - усмехнулась Ари

И медленным шагом мы поплелись в универ.

Солнце светило беспощадно, правда, мимо кассы.

Меня улыбали прохожие, торопившиеся на работу. На их лице можно было заметить застывшее выражение печального понедельника.

Ещё порой казалось, что Мэн хочет взять меня за руку. И ловя себя на этой мысли, Ари прикусывала язык, чтобы не взболтнуть лишнего.

И вот подняв головы, мы увидели серое огромное здание постройки годов так 60-ых.

Мэн с облегчениемвздохнул, и выпустил из себя протяжное «успели»

А я в эту минуту посчитала его за полного замученного универом кретина.

И поднимаясь по ступенькам, в шумные аудитории, Ари уже начала отсчет времени до конца занятий. Скрипящие половицы и обшарпанные потолки предавали, какой то особый шарм медицинскому университету. Больные взгляды бородатых профессоров заставляли задуматься о жалком существовании человечества. И будучи на лекции на самом последнем ряду, тело моё мёртво сидело, а душа мотала в голове образ Эш.

- Ари ты жива?- усмехнувшись, поинтересовался преподаватель

- Конечно - с иронией ответила я

И положила тяжелую задуренную мыслями голову на сложенные руки.

Честно у меня никогда не было тяги учиться, еле окончив школу, думала, что на этом всё закончится, но лишь по маминой воле пришлось, поступить в медицинский университет. Но вот бог сжалился надо мною и подарил такого милого простачка Мэна. Он сделал для меня безумно много. Всегда помогал, с теми же заданиям, правда никогда Ари его не благодарила, хотя знала, что он так страстно желает. Но против своей воли пойти так же не могла. В жизнь врывались многие, но запомнились на долго лишь двое Мэн и Эш. Будучи полными противоположностями, у них всё же было что-то общее, наверно этот жуткий характер 5 летней плаксы, которой нужно лишь поныть в подол юбки любимой мамочке. Да и являлись они друг для друга тёмными инкогнито. Ари знала, что никогда не сходилась характерами с этими особами. Воспитана я была по-другому, не любила плакать на глазах у кого-то, и не жаловалась на свою тяжёлую жизнь. Считала, что мне всего хватает, и всё есть, по крайней мере, то, что нужно для простой не богатой жизни. Хотя в детстве все жители не большого дома на окраине Лозанны считали меня жутко проблемным ребёнком. Казалось, что Ари испортила жизнь всем её друзьям из разваливающейся деревянной песочницы. Я не была особо дружелюбной и за каждое ругательство в мою сторону била ровно в глаз,который после наполнялся слезами и заплывал до размера дверной щёлки. Наверно, поэтому чаще всего в поле зрения чутким родителям попадалась в компании беженских мальчишек. А первый свой опыт с девушкой мне пришлось испытать в дерзкие 15 лет, когда мама выиграла 2 путевки на один из дешёвых курортов Испании. Загорелые красавицы, так и манили меня своей сладострастностью. Мир вокруг Ари буквально перевернулся, почувствовав рядом с собой не тяжело дышащего ублюдка, а красивое изгибающееся в свете луны женское тело.

Но курортные романы быстро забываются, так же был забыт и мой. Года летели, и по наступлению совершеннолетия, дверь в «мир иной» была открыта круглые сутки. Пьянки и гулянки в один прекрасный момент закончились немой трагедией. Зимним морозным вечером Ари возвращалась от подруги не в очень трезвом состоянии, будучи почти около дома, я услышала голос сзади, и сразу за ним последовал сильный удар в спину, коварные руки стягивали с меня одежду, а попытка сопротивляться лишь ухудшила положение. От удара об лёд сознание моё было потеряно в воздухе пропахшим болью

- Проснись же! – пихая меня в плечо, шептал Мэн

Подняв голову, я заметила, что из аудитории все уже почти вышли, и поспешно начала спихивать в сумку, то чем даже не пользовалась.

-Ари ты проспала всю пару…

-Я знаю Мэн, я знаю…

Назад мы шли молча

А голова моя пела своё «мальчик, мальчик, что ж ты мальчик, где так долго пропадал? От тебя табачный запах, крепких взрослых папирос, у тебя в кармане рюмка, у тебя в ботинке нож, ты растрепан, неопрятен, на кого же ты похож, от чего тебя качает, почему ты всё молчишь? »

- Слушай, может ко мне?- спросила Ари

И увидела ошарашенный взгляд Мэна, на лице его прорезалась улыбка.

А в ответ он лишь помахал головой как верная собачка.

- Тогда идем…

И опять нас разделила тишина-вечность.

Уличные кошки, пыхтя, доедали объедки, кинутые им с окна. Старый дворник всё так же мёл тротуары, жуя сигарету. Дети играли во дворах, наслаждаясь последней неделей лета.

Подойдя к подъезду, я увидела соседку, которая так истошно орёт по ночам.

-Здравствуй Ари

В ответ на это, она лишь поймала, мой безразличный взгляд.

Дёрнув ручку двери, мы вошли в квартиру.

Эш сидела, за столом читая «бабушкин» журнал.

Увидев нас с Мэном, она бросила недоумевающий взгляд.

А вот, знакомься Мэн, это моя девушка.

Мэн, остолбенев, уронил свою сумку на пол.

- О-очень приятно – заикаясь, ответил он.

И в этот момент на лице Ари прорезалась больная улыбка

Он ушел, не закрыв за собой дверь. А я кинулась в объятья Эш.

-Зачем так жестоко?

-Пусть всё поймет, не смогла сказать прямо… Жалко конечно, но я такая.

Может, выпьем вина? Прогуляемся?

-С радостью

У магазина нас встретили пьяные студенты

-За что пьём дорогие?

-За жизнь,- смеялась я, обливаясь вином

Этот вечер. Губы, руки, голоса

Эш обещаю, запомню тебя навсегда.

Скользкие крыши, пьяный бред.

-Жизнь слишком коротка, чтобы пить плохое вино,- орали мы, идя на встречу сонным водителям такси.

Ночь обнимала нас за плечи, кидая звёзды к босым ногам.

Тем временем, Мэн сидел на лестничной площадке в одной из Лозаннских новостроек, и пил за крах надежды.

Слёзы его катились по щекам, и останавливались на уголках худосочных губ.

Может она врёт, может это всё не правда? Успокаивая себя и сжимая горлышко бутылки, шептал глупый мальчик.

Но в эту ночь, для Ари исчезло существование Мэна. Наверно было слишком хорошо.

Меня достали вечные сопли, я нуждалась в адреналине, который получала только рядом с Эш.

Но, увы, забыла о другой стороне медали. Понимая, что отношения, которые были уже не вернуть. На данный момент у нас лишь страсть и эмоции, и готовясь к тому, что они в ближайшем будущем резко свалятся на землю и потухнут, я успокаивала себя преждевременно.

А в глазах малышки Эшли по-прежнему светился дикий азарт, она играла уверенно, и спустя не мало лет, всё так же не потеряла своё умение мухлевать.

Опять мысли атаковали хмельную голову и не давали покоя сердцу.

Сидя на скамейке и глядя в глаза луне, Ари куталась в объятьях пропахшей табаком и дорогим парфюмом куртки.

Тем временем как Эш стуча зубами, поджимала под себя колени.

Казалось бы, нет ничего, красивее этой любовной истории.

Но лишь взгляд опытного сердцееда мог определить, что до гроба верная подруга Ари, не редко одевает маску.

Что ж теперь в этой тишине нечего ловить.

-Эшли… думаю мне пора, а то всё-таки завтра: метро, институт, Мэн как никак.

- Хорошо. Да, и я, пожалуй, проведу ночь у себя.

Мы разошлись, даже толком и не попрощавшись.

И маршируя по пустой улице, я ловила себя на мысли, а надо ли мне это всё?

Терпкий Августовский запах, трепал нос, словно предупреждая, что скоро осыплет мой двор, кленовыми листьями, и сменит своё внутреннее я, на осень.

Помню, даже мама говорила, что слово осень ассоциируется у неё с безысходностью

…
Память давила на больное сознание, а Ари всё так же пересекала улицы брошенной в ночь Лозанны.

-Знаете, кажется, что это своего рода игра. Только сюжет…он такой не хороший.

И что же делать дальше? Сегодня Эш говорит что любит, завтра не подойдет к телефону, а через неделю забудет, как звали.

-Нет, уже не обидно, не грустно, и даже не больно. Я просто ничего не понимаю, а это чувство, самое противное.

Как говорят: „Кто удара не ждет - будет сбит наповал"

Вот и кажется, что слова её, способны заточить меня напожизненое заключение, не оставив связи с внешним миром.

- Ты мой синдром, - еле слышно вырвалось с губ Ари.

И натянув улыбку, я продолжила прописывать улицу, своими шагами.

А ненасытный Август, бросался на меня, срывая одежду и жадно целуя тело. Кажется, что время летит так быстро. Хотя на самом деле, времени и нет вовсе. Мы придумали его сами, чтобы приукрасить существование. Время это – бомба замедленного действия.

- Да и к чему сейчас все эти мысли, честно говоря, надоело перебирать ранние воспоминания.

Вдалеке показался мой дом, который, всё так же стоял, грустно глядя в небо.

Я прибавила шагу, уж очень хотелось, скорее погрузиться в сон..............