...Сейчас бы завести дачный романчик! Только не с кем...

Середину лета Зоя Маркова проводила одна. Ее муж, врач, как и Зоя, зимой попал в автокатастрофу и долго лечился от ее последствий. Сейчас он был полностью здоров, но для реабилитации посоветовали санаторий на Черном море.

Восьмилетний сын Зои целыми днями пропадал у бабушки на соседней улице.

Было непривычно для Подмосковья жарко. Зоя загорела, похудела, потому что без мужа и сына перестала готовить, питалась салатиками из собственных овощей. Она возилась в своем саду и каждый день ходила на речку с собакой. И думала с легкой печалью - сейчас бы завести дачный романчик! Только не с кем...

У Зои не было секса с тех пор, как Андрей попал в аварию. К эротическим мыслям толкала, наверное, жара, потому что сама по себе Зоя была спокойна, не очень темпераментна, сдержанна. Она даже начал писать эротические стихи.

- Здравствуйте! Вы на речку идете? - спросила молодая женщина с золотистым ретривером на поводке. Женщина была приезжая, в своем маленьком городке Зоя знала всех.

- Да.

Зоин пудель прыгал и пытался принюхаться к ретриверу.

- Можно мне с вами? Я здесь на даче второй день, ничего пока не знаю.

Так произошло знакомство, которое взбило в адскую смесь и без того расстроенные жарой Зоины мысли. Дачницу звали Зара. Они с мужем купили полдома по соседству - под дачу. Зара жила в Москве, и была флористом - специалистом по цветам. Детей у нее не было - замужем всего семь месяцев. Муж приедет через пару недель... Зоя пыталась думать об этом чужом муже и рисовать себе дачный флирт. Довольно подлые мысли, ведь с Зарой они сразу подружились. Много общего: собаки, купание, сады, и Зара тоже писала стихи. О стихах Зоя проболталась, когда подруги выпили на речке холодного домашнего вина. Зара попросила прочитать что-нибудь. Зоя смущалась, потому что "я же не поэт, а так..." Но вино сделало свое дело. Зара похвалила, больше того - сказала, что некоторые строчки ее прямо возбудили!

- У тебя очень красивые образы женского тела. Спина. Никогда не думала, что спина может быть эротическим объектом...

Зара вдруг посмотрела на Зоину спину и погладила ее между лопаток.

- А ведь правда. У тебя спина обалденная. Не то, что моя.

Зара была противоположного Зое типа. Высокая, крупная, с большими руками и ногами. И волосы у нее были длинные-предлинные, ниже талии, темные.

- Посмотри, какие у меня мужицкие плечи! А спинища! Повезло, что муж достался большой - рядом с ним я н чувствую комплекса неполноценности...

Зоя сидела как замороженная в тридцатиградусную жару, не могла рассматривать подругу. Прикосновение к спине вызвало у нее страшнейшее желание. Такого не было даже с мужем, которого Зоя очень любила.

"Я от жары умом трогаюсь, это точно".

Ночью жара спадала, но из сада поднимались влажные запахи цветов, и от них Зое хотелось плакать и даже выть. Надо было отказаться от общения с Зарой, но Зоя не находила предлога, да и не хотела его искать.

- А знаешь, о чем я подумала? - спросила Зара, когда они снова загорали у речки. - У нас ведь имена на одну букву!

- Да, - грустно ответила Зоя. - И на очень редкую букву. Зет. Символ нуля и ничего.

- Странно. А мне казалось, что зет похож на женщину, стоящую на коленях, - возразила Зара.

Она привстала на коврике и склонила голову:

- Вот так!

Зоя повернулась, увидела Зарину блестящую спину, красиво загоревшее бедро, и не выдержала - погладила бок, спину, бедро, и зажмурилась от ужаса.

Зара не отшатнулась и не засмеялась. Она положила обе руки на талию Зои. Потом легко проникла ладонью в зеленые плавки Зоиного купальника.

Зоя испуганно посмотрела в глаза Заре. Но Зару прямой взгляд не смутил. Ее палец вошел горизонтально между бедер Зои. Он никуда не вонзался, не проникал. Он всего лишь мелко и ритмично подрагивал, почти не касаясь Зоиного тела.

Этот ритм…он был настолько похож на стрекот кузнечиков в траве, на шорох волн маленькой речки. И на стук крови в Зоиных сосудах.

Она не оттолкнула Зару, как нашептывал ей взбудораженный разум. Наоборот, ее ладони коснулись грудей подруги, а большие пальцы осторожно, но настойчиво вращались вокруг сосков Зары. Сначала через лифчик купальника. А после того, как Зара отважилась на очень робкий поцелуй в губы, Зоя расстегнула ее лифчик и увидела вблизи - очень большие коричневые соски. И продолжила их ласкать большими пальцами и еще – губами.

Никогда у Зои этого не было.

- А у тебя? У тебя было такое? – прошептала она.

Зара уже всей ладонью гладила, щекотала, дразнила Зою, хотя плавки до сих пор с нее не сняла.

- Было что-то типа игр в подростковом возрасте, с подругой. Но мы не пошли далеко…

Тут Зара замолчала, потому что…

- Ты меня боишься, что ли? – спросила Зоя. И засмеялась.

- Не стоит. Я сама уже несколько дней боюсь тебя… из-за всех этих мыслей…

И она смело взяла в рот сосок Зары. Зара тихо застонала, почти всхлипнула. Ее пальцы – указательный и средний на одну фалангу вошли в горячее и влажное Зоино тепло, задрожали там в прежнем сумасводящем ритме. Больше подруги не смогли удерживаться в своем Z -объятии, стоя на коленях. Они легли на коврик, их руки и губы окончательно осмелели.

Зара сверху закрыла Зою своими длиннющими волосами. Проходящие по холму над речкой парни крикнули:

- Давай-давай, сестренка! Заезди его насмерть!

Они подумали, что мы – «нормальная пара», парень с девушкой, подумала Зоя, дрожащими руками натягивая сарафан. Зара тоже одевалась быстро, как пожарник. Молодым женщинам стыдно было смотреть друг на друга. Грубая шутка показала им, что есть что. До самого вечера Зоя не могла опомниться. Отвлекалась всеми способами: навестила сына у бабушки, позвонила мужу, сварила варенье…

«Безусловно, это может случиться с любой женщиной, вообще-то, во всех людях есть какой-то процент гомосексуальности. Но нельзя же идти на поводу у…»

Зазвонил домашний телефон.

- Привет, - сказала Зара обычным голосом, - чем занимаешься?

- Варенье варила.

- Хочешь, приходи ко мне?

Зоя и минуты не помедлила.

- Сейчас, только ополоснусь, я вся потная от плиты…

Зара встретила Зою в хлопковом платье цвета топленого молока, совершенно простого покроя. Обычно она носила множество браслетов и бус – в индейском стиле. Сейчас на ней не было ни единого украшения. Зато Зоя добавила к своему сарафану янтарное ожерелье и такой же перстень, которые надевала очень редко.

- Смотри, что я нашла здесь на чердаке, - сказала Зара. И, проведя Зою в комнату, показала ей старинное блюдо с обколотыми кое-где краями. Блюдо было темно-синее, с белой серединкой, на которой блестела потемневшим серебром буква Z.

- Надо же! – воскликнула Зоя. – Как будто для нас…то есть для тебя.

Она страшно покраснела из-за этого «для нас».

- Тебе винца налить? – спросила Зара.

Когда Зоя согласилась, она принесла графин с белым вином и поднос с вазочками – крекеры, сыр, соленый миндаль. Подруги выпили по бокалу и заговорили о  вполне невинном – о варенье, о цветах. Конечно, мысли Зои каждую секунду убегали на берег речки. Но она старалась сделать свой взгляд спокойным и расслабленным. А Зара нервничала. Ее руки все время что-то вертели – то бокал, то вилку, а чаще всего она брала со столика синее блюдо с буквой Z.

- Послушай, я так не могу! – почти крикнула она. – Я не умею притворяться! Зой, если я не нравлюсь тебе или это против твоих принципов…

- Что – это? – жалобно спросила Зоя.

Зара быстро отложила блюдо с Z, пересела на диван к Зое, взяла ее за оба запястья и поцеловала. Теперь не осторожно, а горячо, влажно, даже немного агрессивно. Зоя не выдержала, подалась навстречу, схватила Зару одной рукой за шею, другой – за левую грудь. Тоже порывисто и жестко.

Когда они перешли в спальню, кто кого раздевал, была ли «прелюдия» – Зоя не могла вспомнить, хотя всю ночь дома прокручивала в мыслях все, что было.

Она помнила как гладила бедра и ягодицы Зары сзади, и сзади же попробовала темный запретный бутон на вкус. Он был коричневый, как соски и подмышки Зары, и совсем не соленый, как думала Зоя, а совершенно ни на что не похожий, терпкий, даже с горчинкой. И, конечно, она помнила пальцы Зары – не было уголка на теле Зои, где бы они не побывали в этот вечер…

Синее блюдо с буквой Z Зоя поставила на комод. Зара подарила ей его, когда Зоя уже обувалась в прихожей. Лежа на кровати, Зоя могла видеть блюдо и вспоминать слова Зары:

- Не знаю… может, это просто жара влияет, и мы обе – развратницы… Но у меня такое чувство, что я влюблена. Не так уж часто в жизни я влюблялась… Самое худшее, что завтра приезжает мой муж, и…

Зара не договорила, но Зоя уже понимала ее мысли. Завтра приезжает муж, и подруги даже не смогут понять, влюбленность у них была или помрачение рассудка от жары…

Зоя встала, прошла босиком на кухню, напилась прохладной воды. Но лоб все равно был горячим, и мысли не приходили в порядок.

Звонок в ночном доме прозвучал как выстрел. Зоя бросилась к телефону.

- Алло! Это Зара. Извини, если я тебя разбудила. Просто я подумала… ну и что, что он приезжает?

- Я то же самое подумала, Зарка. Ведь мой Андрей еще месяц пробудет на юге. А потом…

- А потом я буду приезжать сюда раз в месяц. Или два раза. Если ты захочешь, конечно…

В тишине маленького городка даже машин не было слышно. Только пели цикады  в саду, и две женщины болтали, смеялись в телефонные трубки, огромная радость не давала им спать.